Сердце в броне - Страница 83


К оглавлению

83

Айрин сникла.

– Пойдемте, баронесса, – мягко сказал Злотарь. – Мы будем вашей тенью.

Как и в предыдущие дни, ристалище было окружено зрителями. Но сегодня не пели, не кричали и не веселились. Два глинглокских рыцаря решили сойтись в смертельном поединке на земле Эдвитании. Виконт Вальмонд, победитель турнира, еще вчера поражавший всех своим умением, и барон Гросбери, молодой чужеземец, худший боец турнира. Схватка неравная, все были настолько уверены в победе виконта, что пронырливые дельцы даже отказались принимать ставки. Ставить на барона дураков не было.

На ристалище показались рыцари, и воцарилась полная тишина. Айрин, сидевшая рядом с принцессой, закусила губу. Она не спускала глаз с Рустама. Как и все собравшиеся, она понимала, что шансы его ничтожны. Но спокойная уверенность, сквозившая в каждом его движении, дарила ей надежду. Он был похож на оркского волкодава, лютого и целеустремленного, как арбалетный болт.

– Мне думается, что все не настолько просто, насколько кажется, – услышала Айрин голос короля Эдгара. – Я бы не стал, конечно, ставить на барона, однако… Что скажете, Лансье, это ведь ваши рыцари?

– Этот поединок меня очень огорчает, ваше величество, – прогудел глинглокский коннетабль. – И в то же время я должен признать, что он будет весьма интересен. Здесь столкнутся не просто стили, а мировоззрения. Виконт – прекрасный турнирный боец. Барон – герой войны, один из лучших боевых офицеров короля Георга. Если бы оружие выбирал барон, я бы смело ставил на его победу. Но сегодня ему придется сражаться на чужом поле и на чужих условиях. А мы уже имели несчастье убедиться, что он не силен в конном копье.

– Знаете, – задумчиво отозвался король, – возможно, это нелогично, но мои симпатии сегодня не на стороне победителя прошедших состязаний.

– И не только ваши, батюшка, – вмешалась в разговор принцесса Ксения. – Мы любим храбрых. А храбрость сегодня облачена в цвета барона Гросбери.

– Отменно сказано, ваше высочество, – не удержался от похвалы глинглокский коннетабль.

А Айрин шепотом повторила:

– Мы любим храбрых…

И крепко-крепко стиснула кулачки на удачу. Сегодня Рустам бился и за нее тоже, будь она мужчиной, она была бы на его месте.


Сард в последний раз проверил упряжь боевого жеребца. А Гарт подал Рустаму рыцарское копье с острым наконечником.

– Рус, – сказал он вполголоса, – постарайся хорошо упасть. Он спрыгнет, чтобы добить, и тогда у тебя будет шанс. Но если ты потеряешь сознание, тебе конец.

Рустам, не отрывая взгляда от Надаля, кивнул. Забрало виконта было поднято, и Рустам отчетливо видел царапины на его лице. В эти минуты Рустам не думал о себе, в эти минуты он представлял себя на месте Ялен. Представлял себе ее отчаяние и боль. Он видел ее глаза и видел ее глазами, остальное было неважно. Все было неважно…

Гарт хотел сказать что-то еще, но потом посмотрел на друга и понял, что наставления сейчас излишни. Герольды поднесли к губам медные трубы. Губы Гарта исказила злая улыбка.

– Сломай его! – сказал он с нажимом.

Рустам снова кивнул и опустил забрало. Зловеще прогудели трубы.

– Не подведи, – горячо прошептал Сард гнедому и хлестнул его ладонью.

Рыцари поскакали навстречу друг другу. Зрители встали с мест. Охватившее всех напряжение, казалось, било бесшумными искрами. Разорвалось время, ускоряя свой бег для одних и замедляясь для остальных. Надаль был безупречен в эти мгновения, в то время как в руках Рустама копье ходило ходуном. Сшиблись…

Пыль!.. грохот!.. крики!.. – все смешалось.

Рустам упал на землю. Из его левого плеча торчал обломок ясеневого копья. Надаль остановил коня, отбросил остатки сломанного копья и оглянулся. Айрин вскочила с места, вцепившись в дубовые поручни с такой силой, что из-под ногтей пошла кровь. Толпа разочарованно выдохнула, чуда не произошло. Но дело было еще не закончено. Рустам встал на колени и с криком выдернул обломок из плеча. Кровь окрасила его доспехи и щедро окропила пыль. Надаль спрыгнул с коня и достал меч. Принцесса Ксения, не заботясь о том, что подумают окружающие, встала и обняла Айрин за плечи. Рустам обнажил меч и, оперевшись на него, поднялся на ноги. Надаль пошел к нему, грозно и неторопливо. Перед глазами у Рустама плыли разноцветные круги. Ему было тяжело дышать, и он поднял забрало, оставив лицо без защиты. Надаль улыбнулся – вот и мишень для его удара. Вогнать меч прямо в лицо, по самую рукоять, – эффектное завершение красивого поединка.

Голова звенела погребальным колоколом, Рустам, слабея от потери крови, видел перед собой только Надаля и слышал только его шаги. Весь мир сосредоточился на приближающемся к нему рыцаре.

Это и есть «скорпион», ученик. Идеальная стойка для контратаки…

Рустам поднял щит и отвел руку с мечом назад. Зрители затаили дыхание, раненый барон собирался умереть достойно. Многие женщины отвернулись, спрятав свои лица. На Надаля же стойка Рустама не произвела никакого впечатления. С доспехов Рустама стекали ручейки крови, смуглое лицо стало белым как бумага, а рука, державшая щит, дрожала от напряжения. Надаль вспомнил вчерашний обидный удар и дал волю ненависти. Он шагнул вперед и, не мудрствуя лукаво, ударил мечом по щиту. Левое плечо Рустама – одна сплошная рана. Левая рука обескровлена, выставленный щит – фикция, бумажная преграда. Он бессильно упадет вниз, и тогда меч устремится вверх, в беззащитное лицо.

У Ялен светло-голубые глаза, а у той девчушки из лесной деревни они были серыми…

Боль, разорвавшаяся в раненом плече, пронзила тело Рустама. Однако злость, рвавшая душу, была сильнее. Мир вспыхнул в его глазах, но левая рука осталась на своем месте. Дорогой меч с большим рубином, венчавшим рукоять, пробил окованную железом кромку и завяз в плотной мелкослойной древесине. Рустам развернул корпус, щит ушел влево, утянув за собой завязший меч и растерявшегося виконта. Собрав последние силы, Рустам развернул свой меч, шагнул вперед и… Раз! – сильный колющий удар снизу вверх, под нижнюю кромку нагрудника. Королевский меч не подвел, он проскочил между пластинами, пробил кольчугу, стеганую куртку под ней и, пронзив насквозь тело, рассек позвоночник. Надаль упал на колени, крик застрял в его горле. Он завалился набок, и рукоять меча выскользнула из руки Рустама. Тяжесть другого меча, помноженная на тяжесть щита, увлекла его вниз, и Рустам опустился на левое колено.

83